Юрий ПЕЧУРОВ: Глава из живого романа Uri PECH "ФАРТ"

Я знаю Красного Огурца ещё с тех пор, когда его просто называли Альбертом, а девушки с доброй иронией – Альбертиком. Альберт Попов учился на географическом факультете ВГУ вместе с моими школьными друзьями. Я перешёл на последний курс ВИСИ, а он на 2-й. И встретились мы с ним в начале августа 1981 года, но не на уборке огурцов, а в горах Адыгеи на сборе жутко дефицитного Краснодарского чая и ядрёного фундука. В эти чудные места я попал благодаря своим однокашникам. Ударный студенческий отряд состоял из 200 привлекательных и трудолюбивых девушек и нас, шестерых отборных представителей противоположного пола. Компания была замечательная: весёлые и остроумные географы, кавказское домашнее вино от местного директора школы, две гитары, влюблённости и сочинение весёлых песен. Об исключительных способностях Альберта можно судить даже, хотя бы, по одному лишь красному университетскому диплому. Но Альберт, после того незабываемого курортно-трудового десанта, настолько увлёкся сочинительством, что сразу после получения уникального документа о высшем образовании отрёкся от профессии.

Мой школьный друг, афганец и вечный студент Саша Власов, будучи в то время актёром театральной студии «Акцент» и одновременно работая фотографом в газете "Строитель", которая издавалась в ВИСИ, похлопотал за Альберта, и несостоявшегося географа взяли корреспондентом институтской малотиражки. Мгновенно, после первых публикаций (а порой и самостоятельной вёрстки всего номера), А. Попов резко пошёл на повышение и долго был и.о. главного редактора "Строителя". В перестроечное время он много печатался и в областном издании - в "Молодом Коммунаре". Строчил заметки, стихи, фельетоны.

Но более всего его захватила неформальная музыкальная тема. Трудно назвать российскую рок-группу, побывавшую в конце восьмидесятых в Воронеже, на концерте которой музыкальный обозреватель под псевдонимом Красный Огурец, не взял бы интересное интервью.

Альберт оказался и хорошим фотографом. Многие публикации той поры проиллюстрированы им самим. Мне запомнились фото, которые я видел у него дома над письменным столом: Цой, Кинчев, Григорий Гладков (автор музыки знаменитого мульта "Пластилиновая Ворона"). Поэтому, для меня не было ничего удивительного в том, что именно Альберт стал и одним из основателей Воронежского рок-клуба.

Клуб обосновался в крохотном ДК ТЭЦ. По старой дружбе Альберт пригласил меня на официальное открытие. Ажиотаж был грандиозный. Красный Огурец уже являлся настолько культовой персоной, что нам вдвоём с огромным трудом удалось попасть в скромное фойе ДК, едва проникая сквозь плотное кольцо безбилетных фанатов и усиленное оцепление ментов. Мероприятие производило сильное впечатление. Помню, как под первые же запилы группы "Старый Город», безбилетная стая металлистов-подростков, вместе с громадными входными дверями вломилась в зал. Рядом со мной, открыв рот сидела журналистка московской "Комсомолки", правда, уже немного не комсомольского возраста. Опередил репрессивные намерения не сразу опомнившихся блюстителей порядка, шустрый, внешне напоминающий Жванецкого, президент рок-клуба Виктор Тягнибедин. Тягнибедин, как мне показалось, был по возрасту самым старшим из присутствующих. Он просто и решительно сказал: «Ребята, будете вести себя хорошо? Тогда оставайтесь». И металлисты-фаны благоразумно рассосались по щелям. Концерт сразу продолжился.

После прокуренного антракта, апофеозом всей акции стало выступление «московской тяжёлой металлической группы» (так её объявил сам Паук) "Коррозия Металла". Говорили, что когда "Коррозия" вместе с местными фанатками укатила на автобусе, состоялось-таки побоище заждавшихся гопников и доморощенных металлистов. Но туда я не попал, т.к. я и металлистом не был и по возрасту уже не подходил. В заключение хочется отметить, что ярчайшим явлением, которое смог породить Воронежский рок-клуб, стал проект "Сектор Газа", а первым продюсером группы был ещё один из основателей рок-клуба – Саша Кочерга (Ухват), автоматически получивший свой псевдоним на нашем родном механическом факультете. В начале гастрольной карьеры Хоя Красный Огурец выступал как бард-барабанщик на разогреве. Человек, стоя поющий с картавинкой собственные песни, аккомпанируя сам самому себе одинокому на электронных барабанах - это тоже явление в отечественном роке уникальное.

Немало для воронежских музыкантов и исполнителей Альберт сделал, работая и на одном из Воронежских телеканалов. В еженедельной популярной программе «Музыкальный гребешок» звучало большое количество песен наших земляков. На передаче у Альберта побывали Хой и Вадим Глухов с клипом «Туман» (это была премьера). Не раз он приглашал на эту передачу и меня. Его командой был снят клип на мою песню «Колдырь».

Слава о Красном Огурце гуляла и по Москве. В частности, по просьбе Барри Алибасова он сочинил тексты для первого состава "На-НА", но нашли ли эти тексты практическое воплощение, мне не известно. Зато, когда я слышу классическую цитату «Поэт, оставь, хоть строчку», первое, что мне всегда приходит на ум, так это один из лучших альбертовских экспромтов той поры: «И вот я в лесу под ёлочку ссу».

Несмотря на всю эксцентричность Красного Огурца, наши с ним отношения, в целом, всегда ладились, с самого начала.

В начале своей рок-карьеры поющий младший сержант ГАИ Хой регулярно выступал в ДК ТЭЦ сольно, с акустической гитарой. Когда ко 2-му фестивалю у него подобрался коллектив единомышленников: Семён - бас, Крюк - барабаны, а сессионным гитаристом с колхозным панком лабануть было уже почётно, то стал вопрос о названии отвязной команды. Победил вариант Кочерги, предложившего услуги директора группы - "Сектор Газа". Именно так до сих пор в народе обозначен левобережний треугольник Воронежа, перезагазованный заводами СК (Синтетического Каучука), Шинным и мощной ТЭЦ. Серёжа Устинов неожиданно пригласил меня на 2-й городской рок-фестиваль, в котором он принимал участие в составе гр. "ВДНХ" вместе с Юриком Бесединым. Конкурсная программа проходила на окраине Воронежа в обшарпанном кинотеатре "Октябрь". Народа была уйма, большая половина которой составляли сами участники концерта. На удивление аппаратура держала гармоничный баланс между грохотом и словами. Много звучало пафосных композиций, типа зарифмовонных передовиц про борьбу за мир. "ВДНХ" отработала в тот вечер на профессиональном уровне, Серёга и Юрка тоже остались довольны собой. Но о чём они пели я напрочь забыл, когда на сцене нарисовались Хой в клетчатой рубахе и его бригада простецких пацанов. До сих пор самой моей любимой песней из репертуара "Сектора" остаётся разудалая ядовтая зарисовка о всёпобеждающей юношеской любви "Местные":

Я живу на Ваях
Мне,поверь,не ведом страх,
Но от этой страшной мысли
Происходит стук в зубах.

На Чижовке ты живёшь
И к тебе не пройдёшь.
Так чижовские замесят
Что до дома не дойдёшь.

Очень странные дела
До чего жизнь довела.
Мне к любимой не пройти
Могут встретить на пути.
МЕСТНЫЕ!!!

Это было до сумасшествия необычно на фоне всего слышанного ранее и в тоже время стильно и близко сердцу, можно сказать - патриотично! Так и я стал фаном-переростком.

Как я лично познакомился с Юрой Хоем? Да очень просто, не специально. В эпоху бурной деятельности Воронежского Молодёжного центра, с торца старейшего Русского Драматического театра им. Кольцова стоял центровой ларёк. Главнейшей и единственной задачей, не всегда одинокого обитателя этого уникального киоска, была одна цель - снабжение горожан и гостей Столицы Черноземья билетами на все платные мероприятия под крышей комсомола.

В тот памятный вечер весь город был оклеен культовым портретом загадочного волосатого очкарика. Не Леннона, конечно, а Егора Летова. А то, что с "Гражданской Обороной" завтра выступит сам Хой со своим "Сектором", и так знали все городские неформалы. Билетами приторговывал и.о. ведомственной малотиражки и внешкор "Молодого Коммунара" Красный Огурец. С творчеством "Сектора" я уже был знаком по 2-му рок-клубовскому фесту и гуляющим из рук в долгожданные руки записям их задиристых песен. Хой на одном дыхании недавно записал сразу два альбома в "Блек Боксе", правда ему ради этого пришлось продать лихую "Яву", взятую ( как он сам многократно пел) "на халяву". О существовании Летова я был наслышан в подворотнях, под лёгким допингом продвинутые пацаны горланили: " А перестройка всё идёт по плану!" Творчество сибирского панка меня почти не интересовало. Вот по этим причинам я зарулил к Альберту не за билетиками, а просто пообщаться. В кооперативной каморке кроме Огурца на бескорыстной основе приторговывали Семён и Крюк. Альберт нас тут же познакомил по-ближе. В разгаре нашей непринуждённой беседы, когда рокеры стали охотно делиться свежими студийными впечатлениями, в "кормушку" просунулась взъерошенная голова Хоя. Так мы и познакомились. Юрок, узнав, что я в теме, тут же поинтересовался: "Ну, как? На кого похоже?" "Ни на кого не похоже. Зашибись!" - констатировал я. Тут же я предложил попробовать крутануть какую-нибудь песню из двух дебютных альбоов. Мы вдвоём перебежали через дорогу, за две копейки позвонили Сержу Сынорову. Сергей через десять минут примчался взъерошенный ( замечу у него по жизни вечно възерошенный хайер) и спросил: " Без мата есть?"

И на следующий день в нашем городе состоялось сразу два знаковых события. По радио впервые прозвучал "Сектор Газа" с обличающей композицией "Эстрадная песня по радио, в натуре я очень тащусь". А на стадионе "Буран" состоялся сольник Летова. "Сектральным газовикам" после первых аккордов удалось смыться от ошалелой толпы поклонников. Как мне рассказывал Кущ ( в то время основной гитарист супер-группы), тогда он чудом спас и здоровье, и уникальное американское весло. Этим чудом оказался быстрый бег.

До этих сумасшедших событий о творчестве "Сектора" или совсем ничего не писали. Или появлялись отдельные статьи ругательно-назидательно-запретительного характера. Критическим апофеозом стала статья о псевдотворчестве "Сектора Газа" в газете местных партийцев "Коммуна", после которой тираж её кратковременно сказочно подрос.

Ещё раз я видел эту разгромную статейку с глубокомысленным филологически-идеологическим разбором хитов про "грязные вонючие носки" и реквием разбитой банке пива в бережнохранящемся Галиной (женой Хоя) альбоме, который форматировал сам Юра Клинских.

А после премьеры припанкованной "Эстрадной Песни" вдруг непонятным образом жизнь Хоя стала налаживаться. Ругать его прикратили. Но и не хвалили. А в музыкальном блоке "Молодого Коммунара" стали появляться фразы: о том что "наш "Сектор Газа" выступил с успехом то там, то сям и ,наконец, вовсе произвёл фурор на рок-фесивале в Старом Осколе. У меня даже сохранилось первое полновесное интервью с командой Хоя в том "Коммунаре" эпохи Красного Огурца. Всё там , как надо: и вопросы, и откровенные ответы. И шикарное фото первого состава "Сектора Газа".

Что такое Глинозём? Это не просто одно название, оставшееся от строительного карьера. Старожилы утверждают, что это очень шухерной район Воронежа из совестском прошлого. А вот для наших комитетчиков, в первую очередь - это легендарный неформальный культурный очаг воронежского андеграунда. Главной магистралью Глинозёма является настоящий проспект Труда. А в голове этого знатного проспекта негласным живым памятником бездарной архитектуры и пристанищем самородков сохранился и до сих пор действует "Детский клуб". Этот гостеприимный очаг поддерживает выдающийся педагог-организатор Любовь Васильевна. А о былом присутствии "Комитета Авторов" напоминают фигурные металлические решётки на, заменяющих фасадную стену, огромных окнах крохотного дк. Приятно осознавать, что при монтаже, до лихолетья совершенно не нужных решёток, в роли сварщика был я, а Николай Ч. - моим ассистентом. Отмечу, проверено временем - решётки пришпандорены намертво!

Тут уместно подчеркнуть, что и до "Комитета авторов" клубная жизнь била родниковым ключём под руководством Любови Васильевны. А актив ДК регулярно прирастал местными кадрами. Некоторых товарищей тут стоит особенно отметить:
Вася Черных (Самоделкин) - рукастый и смекалистый умелец, художник и гитарист;
Славик - добродушный энтузиаст, мастеривший свои "фирменные" колонки ( в том числе и нам) в подвале-мастерской ближайшей общаги
и Коля Чиляков - коренной глинозёмец и самый изобретательный участник всех творческих начинаний, одобренных Любовью Васильевной.

С ностальгической улыбкой вспоминается генеральная репетиция "Сектора Газа" в многофункциональной мастерской беззубого Славика перед областным чёсом восходящих "звёзд" рок-черноземья во главе с Хоем. Ядрёный, как кабан, Юрка с голым торсом и посвистывающим микрофоном; Крюк, барабанящий в одних труселях; флегматичный Семён с басом пританцовывает в углу и Вася Самоделкин, сосредоточенно ковыряющий струны на пустом ящике из под лимонада "Буратино".

Внеочередные полуночные посиделки Комитета закруглились. И я перед неотвратимой дорогой на родной Пятак случайно заглянул в "репетиционную" Славика. И надолго с удовольствием задержался. В тот вечер мы со Славиком стали одинокими свидетелями панк-жлоб-забоя.

Хой, не прекращая петь, кивнул мне на приветствие, а в конце программы традиционно поинтересовался: "Ну, как?" Славик традиционно промолчал, я кратко одобрил: "Зашибись!"

На излёте 90-х мы с Черных встретились в одном вагоне, оба возвращались с родительских соток на тихоходном дизеле. Вася только что вернулся из Германии. "Сектор" с неизменным успехом прогастролировал по русскоговорящим клубам. Он мне рассказывал не о скоростных поездах, а о западногерманской дискотечной аппаратуре. Однажды их команда просто отдыхала в клубешнике. Колонки были расположены таким хитрым образом, что прокачивая зал на полную катушку, музыка не мешала обычной беседе (не на повышенных тонах). Настолько звук был прозрачным! Да, весь мир - кино, а мы - кадры.

А ведь в конце 80-х мы гордились своим самопальным усилком "Marshall", выпущенным деловитыми руками идейного КСПэшника и радиста Миши из ДК "Коминтерна", ныне спрятавшегося за рекламными щитами на перекрёстке пр. Труда и Московского проспекта. Давно уже нет Клуба Самодеятельной Песни во Дворце им. Коминтерна. За последние 30 лет чего там только не было. И шубами торговали, и "белыми братьями" слабовольным людям головы заморачивали...

А "Детский клуб", которым уверенно рулит маленькая, но не хрупкая женщина, работает. И не превратился он в заурядный магазин. А всё потому, что Любовь Васильевну знают, любят и уважают все обитатели Глинозёма, всех возрастов. И у меня нет ни одного знакомого, попавшего в сети "братства мракобесия".

Источник: Uri PECH http://www.hohmodrom.ru/project.php?prid=142197

Юрий Хой и "Сектор газа". Вой на луну. Лучшее и неизданное (2 CD) - купить аудиозапись на cd Юрий Хой и "Сектор газа". Вой на луну. Лучшее и неизданное (2 CD) 2015 на лицензионном диске Audio CD в интернет-магазине OZON.ru

Новый альбом!
ЗАКАЗАТЬ на CD и виниле!!!


Купить в интернет-магазине OZON.RU!
  • CD: Юрий Хой и "Сектор газа" Вой на луну.
    Лучшее и неизданное (2 CD) 2015 г.

  • Винил (LP) "Юрий Хой и группа Сектор газа. Вой на луну. Лучшее" 2016 г.
  • Говорит Хой: Прямая речь Юрия Клинских Скачать книгу
    "Говорит Хой: Прямая речь Юрия Клинских" , ноябрь 2015,
    в формате PDF, размер 3.3 Мб>>>
    Существует заблуждение, что Ю.Хой основал некий стиль "колхозный панк" - это бред:

    «А с чего вы взяли что мы до сих пор деревенские панки?! Это была просто одна песня, вот и всё. Мы никогда и не считали себя деревенскими панками. Мы просто пели про деревенского панка в одной из наших песен, вот и всё.» (27.04.1998, г.Новокузнецк)

    Фанатская символика "Сектор газа": кружки, кепки, футболки >>>

    Ваш комментарий: 
    Имя(ник): 
    E-mail: 
    Введите цифры на картинке(внизу):
    Защита от спаммеров
      
    Всего сообщений: 0
    Не курите пацаны!

    © 2016 «www.sektorgaza.net». При полном или частичном использовании материалов ссылка на «www.sektorgaza.net» обязательна.